Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
15:02 

Х.А.Льоренте. История испанской инквизиции. Том I. Часть 6.

Harada Masatoshi
Baron S.
Статья первая.
УЧРЕЖДЕНИЕ СВЯТОГО ТРИБУНАЛА В ИСПАНИИ ПАПОЙ ГРИГОРИЕМ IX.
I. В 1233 году французская инквизиция получила устойчивую форму, данную ей св. Людовиком на основании определений соборов в Тулузе, Нарбонне и Безье. В это время Испания, не считая магометанских государств, была разделена на четыре христианских королевства: Кастилию, Наварру, Арагон и Португалию. Кастилия находилась под властью св. Фердинанда, который не замедлил присоединить к ней королевства Севилья, Кордова и Хаэна. Хайме I правил Арагоном. Этот государь вскоре оказался владыкой королевства Валенсия и Майорка. Наварра подчинялась Санчо VIII, который в следующем году умер, оставив свою корону Теобальду I, графу Шампаньи и Бри, Санчо II царствовал в Португалии.
II. В этих четырех католических королевствах Испании находились доминиканские монастыри со времени учреждения этого ордена; поэтому, вероятно, там была учреждена инквизиция, как уверяют в этом многие авторы, между прочим, монах Педро Монтэйро {Монтэйро. История португальской инквизиции. Ч. I. Кн. 2. Гл. 5.}. Между тем ни один подлинный документ не подтверждает ее существования в этих государствах до 1232 года, когда папа Григорий IX обратился к архиепископу Таррагоны дому Эспараго и к его викариям с буллой от 26 мая, в которой, после пышного вступления, извещает их, что до него дошли сведения о проникновении ереси во многие города их епархий. Он увещевает их, чтобы они противодействовали ее успехам, самолично разыскивая еретиков и распространителей ереси или приказывая это делать монахам-проповедникам и другим лицам, согласно тому, как он уже повелел в 1231 году в своей булле против еретиков и их сообщников. Извлечение из этого документа мы видели в предшествующей главе. Папа прибавляет: если какой-либо еретик захочет вернуться в лоно Церкви, можно ему дать отпущение согласно формам, предписанным канонами, после наложения
на него обычной епитимьи. Но он усиленно советует не оказывать этой милости иначе, как уверившись в искренности обращения виновных способами, диктуемыми благоразумием и согласными со всеми постановлениями на этот счет, дабы избегнуть скандала вторичного отпадения.
III. Автор Истории португальской инквизиции утверждает, что архиепископ Таррагоны сообщил полученное им папское бреве брату Суэро Гомесу, первому провинциалу испанских доминиканцев, уроженцу Португалии, одному из первых учеников св. Доминика, поручая ему определить монахов своего ордена, которых он сочтет наиболее подходящими для исполнения обязанностей уполномоченных папою инквизиторов и поставить их именем Его Святейшества. Утверждение этого историка не основано ни на каком свидетельстве; однако я далек от того, чтобы оспаривать его истинность, Суэро умер 7 апреля 1233 года, и архиепископ обратился к брату Хилю Родригесу де Вальядаресу, который его сменил и функции которого простирались на четыре христианских королевства полуострова вследствие небольшого числа монастырей его ордена, тогда существовавших. Он послал папскую буллу также дому Бельтрандо, епископу Лериды, который приказал ее исполнить в своей епархии, где была основана первая испанская инквизиция {Фр Диего. История ордена проповедников или доминиканцев в провинции Арагон. Кн. 4. Гл. 3}.
IV. 8 ноября 1235 года Григорий IX возобновил и сделал общим для всего христианства узаконение, изданное им в 1231 году против римских еретиков. Видя, что доминиканцы справляются успешно с порученной им обязанностью, он доверил им исполнение своей буллы, выпустив 20 мая 1233 года бреве с поручением приору и монахам-доминиканцам Ломбардской провинции. Этот документ находится в Собрании соборов {Том 28 королевского Собрания соборов.}.
V. По смерти архиепископа Эспараго его заместил дом Гильерме Монгриу. Не зная, как держаться в отношении некоторых пунктов последней папской буллы, он запросил римскую курию. Григорий IX ему ответил 30 апреля 1235 года, послав при этом для руководства инквизиторов примечания, которые были редактированы его духовником св. Раймондом де Пеньяфорте, испанцем, доминиканским монахом {Фр. Диего. История ордена проповедников или доминнканцев в провинции Арагон.}. Новому архиепископу было предложено доставить их инквизиторам и с точностью их выполнять.
VI. Гильерме Монгриу с помощью инквизитора доминиканского монаха Педро де Планедиса и епископа Урхеля приступил к исполнению папской буллы против еретиков своей епархии. Это стоило жизни монаху Педро, почитаемому ныне за святого в Урхельском соборе. Архиепископ овладел крепостью Кастельбон,
которая принадлежала Гильому Раймонду, графу Форкалькье, сыну Раймонда, графа Форкалькье, и его супруги Тимборозы {Фр. Диего. История ордена... Кн. 1. Гл. 4.}.
VII. После того как епископ Барселоны, дом Беренгер де Палау, принявший также в свою епархию инквизицию, умер в 1241 году, не успев дать ей правильное устройство, его дело закончил тот, кому было поручено управление вдовствующей епархией {Там же. Гл. 3.}.
VIII. В 1242 году дом Педро Альбалате, архиепископ Tapрагоны, преемник дома Гильерме Монгриу, собрал в этом городе поместный собор. На нем определили способ, каким инквизиторы должны были действовать против
еретиков, и канонические епитимий, которым примиренные с Церковью должны были подвергаться и которые, несомненно, были гораздо суровее, чем епитимьи теперешней испанской инквизиции. Одна из этих епитимий состояла в том, что примиренный должен был в течение десяти лет каждое воскресенье Великого поста стоять у церковных дверей в одежде кающегося, на которую нашивались два креста из материи отличного от одежды цвета, чтобы все могли их заметить. Было постановлено также, чтобы нераскаянные передавались светскому правосудию для смертной казни {Таррагонский собор в собрании Агирре и др. IV}.
IX. Папа Иннокентий IV покровительствовал инквизиции и умел ценить услуги, которые ей оказывали доминиканцы. 9 июня 1246 года он отправил генералу и монахам ордена бреве. В нем он позволял генералу и его
преемникам не признавать монахов, которые явились бы от святого престола для проповеди крестового похода или для борьбы с ересью; посылать этих инквизиторов куда ему заблагорассудится и заменять их другими по выбору. В случае отказа этих делегатов римской курии доминиканцы были уполномочены принуждать их посредством церковных наказаний. Каждый провинциал мог это делать по отношению к монахам своей провинции {Монтэйро. Ч. I. Кн. 2.Гл. 7.}.
X. Особое доверие, которое папа оказывал испанским доминиканцам, доказывает бреве от 22 октября 1248 года, адресованное провинциальному приору братьев проповедников королевства и монаху этого ордена св. Раймонду
де Пенья-форте. Папа заявляет, что эти монахи особенно отличились в деле обращения еретиков; это заставляет его счесть уместным уполномочить приора и св. Раймонда выбрать и назначить некоторых из их среды в качестве инквизиторов той части Нарбоннской Галлии, которая находится под властью арагонского короля Хаиме I, и обязать их взять за правило своего поведения узаконения папы Григория IX { Там же.}.
XI. 21 июня 1253 года тот же папа отправил доминиканским монахам, инквизиторам Ломбардии и Генуи, новое бреве, распоряжения которого относились также и к инквизиторам Испании. Он им давал власть истолковывать регламенты и права городов таким способом, чтобы считать их недействительными во всех тех случаях, когда они могли бы повредить интересам инквизиции; лишать должностей, почестей и звания тех, кого сочтут достойными этого наказания, и вести судебные дела, не сообщая обвиняемым имен свидетелей. Даруя эти новые привилегии и преимущества, папа повелевал инквизиторам распорядиться, чтобы показания подтверждались свидетелями в присутствии уважаемых особ, дабы не возникало никакого сомнения в их подлинности {Книга бреве в совете главной испанской инквизиции.}.
XII. 9 марта 1254 года папа подтвердил свои распоряжения новым бреве. Права инквизиторов получили новое расширение, так как им было позволено лишать почестей, должностей и званий не только еретиков, но и их пособников, сообщников и укрывателей. Бреве гласило также, что свидетельские показания будут иметь силу в судопроизводстве, хотя имена свидетелей и оставались неизвестными" { Там же.}.
XIII. 7 апреля того же 1254 года папа адресовал частное бреве приорам доминиканских монастырей Лериды, Барселоны и Перпиньяна, чтобы они, когда того потребует арагонский король Хаиме I, предоставляли ему монахов своего ордена для исполнения обязанностей инквизиторов в тех владениях этого государя, где их еще не было {Фр. Диего. История ордена проповедников или доминиканцев в провинции Арагон. Кн. 1. Гл. 3.}.
XIV. Доминиканцы, назначенные при этом, были, вероятно, брат Педро де Тоненес и брат Педро де Кадирета, так как они произнесли 11 января 1257 года вместе с Арнольдо, епископом Барселоны, окончательное осуждение памяти умершего Раймонда, графа Форкалькье и Урхеля, объявили его еретиком, вновь впавшим в ересь после отречения от ереси при кардинале Пьетро Беневентском, перед епископом Урхеля домом Понсе, и приказали выкопать из земли его кости и лишить их церковного погребения {Фр. Диего. История ордена проповедников или доминиканцев в провинции Арагон. Кн. 1. Гл. 3.}. В то же время они привели к примирению с церковью его вдову Тимборозу и его сына графа Гильома, которому оставили имущество и суверенитет его отца {Монтэйро. История португальской инквизиции. Ч. I. Кн. 2. Гл. 1.}.
XV. Папа Урбан IV [211], видя, с каким рвением доминиканцы преследуют еретиков, выпустил бреве, в котором заявлял, что отныне в королевстве не будет иных инквизиторов, кроме доминиканских монахов-проповедников. Он уполномочивал их вытребовать к себе все процессы, начатые каким-либо другим инквизитором, кто бы он ни был, за исключением тех дел, которые должны разбираться епархиальным епископом. В то же время он даровал им власть арестовывать в согласии с епископом не только еретиков, но и их пособников, сообщников и укрывателей; лишать их церковных доходов, если они ими обладают, отлучать их от Церкви и привлекать к суду всех тех, кто воспротивится мерам, которые инквизиция сочтет нужным принять {См.: Эймерик. Руководство для инквизиторов. Рубрика 2. О десяти апостолических посланиях. С. 129, mihi.}.
XVI. 1 августа того же года [212] Урбан IV предоставил всем провинциалам доминиканцев Испании право назначать двух инквизиторов, смещать их, если ими останутся недовольны, и выбирать на их место других. 4 августа он прибавил к этому праву привилегию, состоящую в том, что инквизиторы не могут быть никем отлучаемы от Церкви или отрешаемы от священнослужения, кроме папы или по специальному апостолическому поручению, и что они могут освобождать друг друга взаимно от всякого рода отлучения {См. в числе бреве, приведенных у Эймерика.}. Бреве 28 июля было возобновлено папою Климентом IV 2 октября 1265 года, как это можно видеть у Эймерика {С. 133 той же рубрики.}.
XVII. Инквизиторы Барселоны Педро Тоненес и Педро де Кадирета во время своего пребывания в этом городе судили Арно, виконта Кастельбона и Серданьи, и его дочь Эрмензинду, графиню Фуа, которая вышла замуж за графа Роже
Бернара II. Приговором от 2 ноября 1269 года их присудили обоих - отца и дочь - к бесчестию, как умерших в ереси, и распорядились выкопать их кости из земли, если окажется возможным их распознать на месте общего погребения {Фр. Диего. История ордена проповедников или доминиканцев в провинции Арагон. Гл. 5.}. Они умерли оба до 1241 года, когда умер Роже, женившийся вторично и оставивший нескольких детей. До какого фанатизма надо дойти, чтобы начать и вести процесс против государей, уже давно умерших, несмотря на опасение, что в убежище мертвых нельзя найти следов их погребения! Но поведение инквизиторов было принято с одобрением и рассматривалось как следствие их ревности по вере. Между тем реальным побуждением была жажда мести, потому что доказано, что в 1237 году инквизиторы Тулузы велели Роже явиться к ним на суд в качестве обвиняемого в ереси. Роже не только отнесся с презрением к этому требованию, но приказал инквизиторам своего графства Фуа лично явиться к нему в качестве его вассалов и подданных. Этот властный поступок заставил непокорных инквизиторов отлучить графа от Церкви, а после его смерти они предали память его бесчестию. Этот акт мести не воспрепятствовал историкам дать Роже имя Великого, которое он сумел заслужить своими военными успехами и своими общественными и личными
добродетелями. Инквизиторы Барселоны унаследовали дух инквизиторов Тулузы и Фуа {Искусство проверять даты. О графах Фуа и Форкальке.}. Монах Педро де Кадирета был побит камнями, и его считают в Урхельском
округе мучеником {Диего. История ордена проповедников или доминиканцев в провинции Арагон. Гл. 5.}.
20 июля 1263 года брат Пабло Кристиано из ордена св. Доминика в присутствии короля Хаиме I вел диспут со знаменитым евреем Хероны, раввином Моисеем, а 12 апреля 1265 года с другим евреем того же города в присутствии епископа Арнольдо. Мы имеем сведения об этих двух происшествиях в письме короля от 29 августа того же года, адресованном всем евреям королевства, в котором он им приказывает уплатить издержки, сделанные братом Пабло во время его путешествия, за счет государственных податей, которые они должны внести
в этом году, и быть спокойными относительно спора, который с ними вели об их книгах именно для того, чтобы дать им возможность узнать истину {Диего. История графов Барселоны. Ст. о короле Хаиме.}.
XVIII. 27 января 1267 года папа Климент IV утвердил за провинциалом Испании дарованное его предшественником право назначать инквизиторов и дозволил в его отсутствии делать то же его наместнику. {Монтэйро. История португальской инквизиции. Ч. I. Кн. 2. Гл. 12.}
Причина этого, без сомнения, заключалась в следующем: так как на четыре королевства Испании была только одна провинция доминиканцев, то, естественно, каждый государь обязывал провинциала иметь в его государстве наместника, способного быть его представителем в тех случаях, когда сам приор бывал обязан переезжать из одного королевства в другое.
XIX. Короли Арагона продолжали покровительствовать инквизиции, и Хаиме II 22 апреля 1292 года объявил королевский указ, которым предписывалось всем еретикам, к какой бы секте они ни принадлежали, покинуть его владения, а всем судебным трибуналам - оказывать полную поддержку доминиканским монахам - апостолическим инквизиторам: сажать в тюрьму тех, на которых ими будет указано; исполнять приговоры, выносимые этими монахами; устранять все препятствия, которые могли бы повредить свободному исполнению
их функций, и облегчать их путешествия, доставляя им лошадей и необходимые съестные припасы {Там же. Ч. I. Кн. 11. Гл. 11.}. Ненависть, которую в первый век инквизиции повсюду внушало ремесло инквизиторов, была причиной смерти множества монахов-доминиканцев и некоторых францисканцев. В хрониках этих двух орденов находятся их имена, название их родины и обозначение места и времени их насильственной смерти, которая им стяжала честь мученичества. Однако я замечу, что из них лишь св. Петр Веронский был канонизован папами после смерти, последовавшей в 1252 году, хотя брат Пенсе д'Эспира, отравленный в 1242 году, является объектом культа, принятого в каталонском Урхеле, точно так же, как и брат Педро де Кадирета, побитый камнями в 1277 году {Кастильо. История ордена св. Доминика. Т. I. Кн. 2. Гл. 28.}.
XX. Инквизиция не замедлила проникнуть также в На-варрское королевство, потому что известно, что 23 апреля 1238 года Григорий IX назначил там инквизиторами настоятеля францисканского монастыря Памплоны и брата Педро де Леодегариа, доминиканского монаха {Парома О происхождении святой инквизиции. Кн. 2. Отд. II. Гл. 2.}.
XXI. Как кажется, папа вознамерился ввести инквизицию в Кастилию посредством бреве, выпущенного в 1236 году и адресованного епископу Пален сии {Реестр писем Григория IX. Кн. 10. Письмо 182; Райнальди. Церковная
летопись, продолжение Барония под 1233 годом. N 59.}. Дом Лука из Туи сообщает, что св. Фердинанд III носил лично дрова, назначенные для сожжения еретиков {Дом Лука из Туи. Всемирная летопись, о св. Фердинанде; Пульгар. История Паленсии. Т. II. Кн. 2, у дона Тельо.}. До такой степени общий дух этого века извратил наиболее чистые евангельские мысли у людей выдающегося благочестия, каковы святые короли Фердинанд кастильский и Людовик IX французский. Эти государи, являвшиеся честью трона и религии, повелевали эти поступки, увлекаемые избытком своей добродетели и горячею ревностью по вере.
XXII. Мы не знаем ничего верного о происходившем тогда в Португалии; по-видимому, в течение XIII века там не было постоянной инквизиции, кроме епархий Таррагоны, Барселоны, Урхеля, Лериды и Хероны, которые были смежны с Южной Францией, где это учреждение было во всей своей силе.
Статья вторая
УСПЕХИ ПРЕЖНЕЙ ИСПАНСКОЙ ИНКВИЗИЦИИ В ТЕЧЕНИЕ XIV ВЕКА.
I. Когда доминиканские монастыри в Испании размножились, главный капитул ордена издал в 1301 году указ о разделении их на две провинции: первая в честь имени и загробной памяти будет называться Испанской
провинцией и будет заключать Кастилию и Португалию; вторая получит название Арагонской и будет составлена из королевств Валенсия, Каталония, Руссильон, Серданья, Майорка, Минорка и Ивиса. Эрнандо де Кастильо говорит, что наименование Испании было дано преимущественно Кастилии из уважения к памяти святого первоначальника инквизиции Доминика де Гусмана, родившегося в Калеруэге, в епархии Осмы в Кастилии. Этот автор не говорит, к какой провинции принадлежала Наварра; но мы узнаем от Монтэйро, что она зависела от Арагонской провинции. {Кастильо. История ордена св. Доминика. Ч. II Гл. 2; Монтэйро. Ч. I. Кн. 2. Гл. 23.}
II. Небесполезно было решить, какой из двух провинций будет принадлежать имя и достоинство Испанской провинции, потому что обозначавшийся этим именем провинциал до того времени обладал множеством апостолических и королевских привилегий, и надо было знать, на чью долю выпадет это могущество. Одним из этих прав была власть испанского провинциала назначать монахов своего ордена на должность инквизиторов. Этой должности настойчиво домогались, несмотря на множество инквизиторов, убитых при исполнении своих обязанностей, так как эта опасность компенсировалась очень широкой властью, которою они пользовались, тем уважением, которым они были окружены, а также теми привилегиями, которые были присвоены их должности, и тем вниманием, которое оказывали их личности государи, епископы и должностные лица. Такое отношение к ним было основано на многих папских бреве и некоторых королевских указах, опубликованных Эймериком и Франсиско Пеньей, его комментатором.
III. Таким образом, право назначать апостолических инквизиторов, которые должны быть отправляемы в провинции, было присвоено или, вернее, сохранено именно за провинциалом доминиканцев Кастилии, которому было дано имя провинциала Испании. Тем не менее провинциал Арагона также претендовал на право назначения инквизиторов в города своей провинции; надо признать, что его претензия имела основание, потому что бреве папы Иннокентия IV от 9 июня 1246 года, о котором я говорил в предыдущей статье, даровав генералу ордена доминиканцев власть назначать инквизиторов, удалять и даже устранять тех, которые назначены папой, прибавляет, что то же право принадлежит провинциалам и что они могут пользоваться им в своих провинциях.
IV. В 1302 году брат Бернардо был инквизитором Арагонской провинции; он был назначен братом Ромео Алеманом, последним провинциалом всей Испании. В 1267 году папа Климент IV объявил, что должность инквизитора не прекращается со смертью того, кто его назначил {См.: гл. 10 О еретиках шестой книге декреталий.}, вследствие чего Бернардо в этом году справил несколько аутодафе, приведя к примирению с церковью многих еретиков и передав других в руки светского правосудия {Фонтана. Доминиканские документы. Гл. II.}.
V. В 1304 году монах Доминго Перегрино, инквизитор Арагона и Валенсии, приказал устроить другое аутодафе; опираясь на власть короля Хаиме II, он изгнал из владений этого государя тех, которых не счел удобным предать в руки светского правосудия {Там же. Гл. 12; Диего. История ордена проповедников или доминиканцев в провинции Арагон. Кн. 1.}.
VI. В 1308 году папа Климент V предписал арагонскому королю и инквизиторам-доминиканцам арестовать как заподозренных в ереси рыцарей-тамплиеров этого королевства, которые до того не подвергались преследованию; завладеть их имуществом и удержать его в пользу святого престола. В силу этого брат Хуан Лотеро, главный инквизитор Арагона, и брат Гильерме, духовник короля, 3 декабря того же года решили собрать тамплиеров в монастыре Валенсии для рассмотрения их веры и поведения {См. двух авторов, цитированных выше.}.
VII. Занялись также и в Кастилии розыском тамплиеров согласно распоряжениям, данным архиепископами Толедо и Сант-Яго и братом Эймериком, монахом ордена св. Доминика. Эта мера была указана Климентом V, который 31 июля 1308 года дал им на этот предмет особое поручение, как это утверждает в своих исторических рассуждениях о тамплиерах граф Кампоманес, хотя Парамо и другие авторы писали, что инквизиторы не принимали в этом деле никакого участия.
VIII. 30 декабря 1308 года тот же папа писал португальскому королю, предлагая ему принять по отношению к тамплиерам те же меры, если в его владениях имеются такие рыцари, которые еще не арестованы {Монтэйро. История португальской инквизиции. Ч. I. Кн. 2. Гл. 16.}.
IX. В 1314 году в Арагонском королевстве открыли других еретиков; брат Бернардо Пуигсеркос, главный инквизитор этого королевства, присудил многих из них к изгнанию, а прочие были сожжены {Фонтана. Доминиканские документы. Гл. 13; Диего. История ордена проповедников или доминиканцев в провинции Арагон. Кн. 1.}. Между тем он примирил с церковью ересиарха брата Бонато, а также некоего Педро д'Олерио, учившего ереси, и, кроме того, множество соблазненных ими лиц, которые потом отреклись от ереси {Там же. Ч. 2. Гл.1 Диего. Кн. 1.}.
X. Брат Арнольдо Бургете, исполнявший должность главного инквизитора в королевстве, приказал арестовать и предать королевскому правосудию для сожжения как вновь впавшего в ересь Педро Дурандо де Бальдах; эта казнь происходила в присутствии короля Хаиме, его двух сыновей и двух епископов 12 июля 1325 года {Фонтана и Диего, в тех же местах.}.
XI. В 1334 году главный инквизитор брат Гильерме де Коста велел осудить и предать сожжению вновь впавшего в ересь несчастного брата Бонато и примирил с Церковью большое число тех, которые, по его мнению, были
совращены этим монахом {Фонтана. Доминиканские документы. Ч. 2. Гл. 3; Диего, в указ, месте.}.
XII. В 1350 году брат Николас Росельи (достигший впоследствии звания кардинала) был главным инквизитором Арагона. Он осведомил папу о распространявшейся вредной доктрине относительно реального присутствия тела Христова в причастии и добился ее осуждения. Он обнаружил в Валенсии нескольких еретиков, называемых бегардами, имевших во главе Иакова Юста. Росельи приказал их судить и справил аутодафе, где эти еретики были примирены с Церковью. Иаков был приговорен к вечному заключению; в силу этого суда вырыли из земли для предания их пламени кости трех еретиков, которые умерли нераскаянными и упорствующими {Там же. Гл. 7 и 8.}.
XIII. По-видимому, провинциалы Кастилии с неудовольствием смотрели на назначение инквизиторов провинциалом Арагона, потому что последний жаловался Клименту VI, который 10 апреля 1351 года направил к Росельи бреве, коим он утверждал навсегда за провинциалами Арагона право делать в их провинции все то, что делал провинциал всей Испании до разделения ее территории относительно назначения инквизиторов и всего, что из этого вытекало {Монтэйро. История португальской инквизиции. Ч. I. Кн. 2. Гл. 14.}.
XIV. В 1352 году Росельи обнаружил в Каталонии несколько еретиков и приказал казнить их {Фонтана. Ч. 2 Гл. 8; Диего. Кн. 1.}.
XV. В 1356 году инквизиторы брат Николай Эймерик и брат Хуан Гомир арестовали и присудили к разным епитимьям многих жителей Арагона и Валенсии; второй приказал казнить знаменитого еретика из города Эмпуриаса по имени Раймонд Кастельи.
XVI. В том же году Росельи был возведен в достоинство кардинала, и Иннокентий VI сделал его преемником брата Николая Эймерика, который вскоре допустил к примирению с Церковью калабрийского еретика по имени Николай, наложив на него епитимью пожизненного ношения санбенито; обнаружив вскоре, что его отречение от ереси было лишь притворно, он велел 30 мая 1357 года сжечь его живьем, после снятия сана {Диего. История ордена проповедников или домининканцев в провинции Арагон. Кн. 1.}.
XVII. В 1359 году Бартоломео Генуэзец проповедовал и писал, что в 1360 году, в Пятидесятницу, появится Антихрист, что совершение церковных таинств прекратится, что католическое вероисповедание прервется и что те, кто присоединится к этому врагу Бога, больше не могут ни обратиться, ни надеяться на прощение. Ввиду того, что его учение соблазнило множество лиц, он был арестован, раскаялся и был примирен с Церковью Эймериком, который приказал сжечь все его книги {Там же. N 4}.
XVIII. Брат Бернардо Эрменголо, инквизитор Валенсии, устроил в 1360 году аутодафе в этом городе. Он разобрал очень большое количество процессов. Многие обвиняемые были примирены с церковью, выполнив назначенные им епитимьи. Большое число других было изгнано из королевства, а некоторые преданы в руки светского правосудия, которое приказало их сжечь. {Фонтана. Доминиканские документы. Ч. 2. Гл. 8; Диего. Там же. Кн. I.}
XIX. Главный инквизитор Николай Эймерик составил сочинение под заглавием Руководство для инквизиторов ("Directorium inquisitorum"), для пользования членов первой инквизиции. Он соединил в одном томе гражданские законы Кодекса Юстиниана, касающиеся еретиков, и все папские повеления из свода канонического права, помещенные в Сексте, в Клементинах и в Экстравагантах всех разрядов, с толкованиями, которые были опубликованы до того времени. В этом руководстве он с достаточной ясностью разбирает все возникавшие вопросы о способе суда и наказания еретиков и кончает свою книгу примерами тех случаев, которые могут представиться инквизиции. В 1578 году это сочинение попечением Франсиско Пеньи было переиздано с комментариями и посвящено папе Григорию XIII. В 1587 году появилось новое издание его в самом Риме.
XX. В вопросе 46 второй части этого сочинения (где идет дело о том, могут ли подвергаться суду инквизиции не получившие крещения) автор рассказывает, что епископ Барселоны и он сам заключили в тюрьму святой инквизиции одного иудействующего, по имени Астручо де Пиера, за то, что тот, желая оправдаться в совершении особого культа демонам и в вызывании их, утверждал, что и то и другое принадлежит им не меньше, чем самому Богу. Когда светская власть хотела воспротивиться этому посягательству инквизиторов и освободить узника, он был путем секвестра передан в руки епископа Лериды. На запрос об этом папа Григорий XI, через кардиналов Гвидо, епископа Порто, и Эгидия, епископа Тускулума, приказал 10 апреля 1371 года епископу Лериды передать заключенного в распоряжение епископа Барселоны и инквизитора. Означенные лица примирили с Церковью виновного, который произнес отречение от ереси 1 января 1372 года в Барселонском соборе и был тотчас же присужден к вечному заточению.
XXI. Эймерик в течение всей своей жизни исполнял должность главного инквизитора королевств арагонской короны. В качестве доминиканского провинциала он назначил особых инквизиторов в Арагон, Каталонию, Валенсию, Майорку и графства Руссильон и Серданью. В его Руководстве для инквизиторов находятся наибольшие подробности относительно судебных приговоров, произнесенных им самим или другими арагонскими инквизиторами.
XXII. Мы не знаем, пользовался ли своим правом главного инквизитора и назначал ли особых инквизиторов провинциал Кастилии, которому было дано звание провинциала Испании, потому что мы не нашли ни одного самого незначительного исторического документа, который доказывал бы, что эти провинциалы использовали полномочия, которыми, они должны были обладать в силу бреве Иннокентия IV и его преемников. Быть может, им было нечего делать в кастильских государствах, так как туда ересь не проникала, или потому, что, если время от времени обнаруживали какого-либо еретика, его судили епископы по указаниям канонического права, а государи не считали для этого необходимым прибегать к доминиканским монахам.
XXIII. Одной из вероятных причин такого бездействия кастильских провинциалов было то случайное обстоятельство, что в течение XIV века на место провинциалов призывалось большое число португальцев; действительно, в числе их мы встречаем брата Лопе из Лиссабона, брата Эстевана, брата Лоренсо, брата Гонсало де Кальсаду и брата Висенте. В истории Португалии не находится ни одного акта инквизиторской юрисдикции, совершенного провинциалами в этом королевстве. По-видимому, наоборот, они от нее отказались, потому что папа Григорий XI отправил 17 января 1376 года бреве Агапиту, епископу Лиссабона, в котором он поручает ему, за недостатком инквизитора, назначить, только на этот раз, для исполнения его обязанностей монаха из ордена миноритов св. Франциска Ассизского. Другим бреве от того же дня он жалует этому уполномоченному ежегодную пенсию в двести золотых флоринов из доходов епархий Браги, Лиссабона и нескольких других епархий королевства. Епископ Агапит во исполнение папского приказания назначил брата Мартина Веласкеса {Монтэйро. История португальской инквизиции. Ч. I. Кн. 2. Гл.35.}.
XXIV. Когда папа Григорий XI умер 27 марта 1378 года, римляне 8 апреля того же года выбрали в преемники ему Урбана VI, но несколько кардиналов собрались вне Рима и 20 сентября избрали другого папу, под именем Климента VII. Это было началом великой западной схизмы, продолжавшейся до избрания Мартина V на Вселенском Констанцском соборе 11 ноября 1417 года или, согласно другим, до 1429 года, когда дом Хиль Муньос, каноник Барселоны (которого избрали папой под именем Климента VIII, отказался от папства. Этот переворот должен был повлиять на положение инквизиции, как и на другие стороны церковной дисциплины. Кастилия признала Климента VII, а Португалия Урбана VI. Орден доминиканцев также разделился: монахи, жившие в монастырях провинций, признававших Урбана, имели одного генерала, а те, которые повиновались Клименту, другого. По этой причине португальские доминиканцы, стоявшие за Урбана, избрали генерального викария, юрисдикцию которого они признали, чтобы освободиться от юрисдикции их кастильского провинциала.
XXV. Урбан VI умер 15 октября 1389 года, и его партия 4 ноября того же года избрала Бонифация IX. Узнав, что в Португалии нет апостолического инквизитора, Бонифаций IX назначил 4 ноября 1394 года на эту должность брата Родриго из Синтры, францисканского монаха, духовника короля Хуана 1 { Там же. Гл. 37.}. 2 декабря того же года он дал полномочия инквизитора королевств Португалия и Альгарвия брату Висенте из Лиссабона, доминиканскому монаху, который должен был исполнять должность инквизитора до тех пор, пока это будет угодно папе; его назначение не сопровождалось ущербом привилегиям, дарованным его ордену и инквизиторам. Наконец 14 июля 1401 года он назначил его главным инквизитором Испании {Там же. Гл. 35.}, без сомнения, чтобы в нем иметь лицо по своему выбору для всех стран королевства, которые его признали, точно так же, как имелся один главный инквизитор для Кастилии, Арагона и Наварры, подчиненных тогда Бенедикту XIII, избранному папой в 1393 году, после смерти Климента VII. Таково было положение инквизиции в Испании к концу XIV века.
Статья третья
СОСТОЯНИЕ ПРЕЖНЕЙ ИСПАНСКОЙ ИНКВИЗИЦИИ В ТЕЧЕНИЕ XV ВЕКА.
I. Неизвестно, существовала ли в начале XV века инквизиция в Кастилии. В самом деле, хотя Бонифаций IX 14 июля 1401 года назначил брата Висенте из Лиссабона главным инквизитором Испанской провинции, а по смерти его своим бреве от 1 февраля 1402 года поручил обязанности главных инквизиторов провинциалам доминиканцам Испанской провинции, власть его не признавалась в королевствах Кастилии, подчиненных тогда Бенедикту XIII, которого после Констанцского собора не называли иначе, как антипапой Педро де Луноу. Возможно, что, будучи сам арагонцем и видя, что в его стране инквизиция находится в силе, он хотел, чтобы провинциал доминиканцев Кастилии пользовался полномочиями, предоставленными ему бреве Иннокентия IV, если даже и не считал удобным их возобновить {Монтэйро. История португальской инквизиции. Ч. I. Кн. 2. Гл. 36.}.
II. В 1406 году надо было разобрать дело, в котором ризничий прихода Св. Факунда в Сеговии был замешан в дело евреев этого города по случаю похищения освященной гостии. Историю этого дела можно прочесть у Кольменареса {Кольменарес. История Сеговии. Гл. 28.}. Парамо утверждает, что епископ дом Хуан де Тордесильяс единолично приказал преследовать виновных, получив о том приказ короля Энрико III; но Кольменарес вводит в этот процесс приора доминиканского монастыря Св. Креста в этом городе; он прибавляет, что этот монах получил от еврея чудотворную гостию и осведомил об этом епископа. Видя, что этот еврей обращается к приору, и вспоминая, что доминиканские монахи считались инквизиторами во всем христианском мире, можно думать, что евреи Сеговии признавали инквизитора в лице приора.
III. Булла Бонифация IX от 1402 года не оказала почти никакого действия в Португалии, потому что доминиканские монахи этого королевства во все время схизмы не имели никаких сношений с кастильским провинциалом, будучи подчинены генеральному викарию. Быть может, по этой причине Иоанн XXIII (признанный в этих провинциях) на третий год своего первосвященничества, 1 июня 1412 года, отправил бреве, которым он назначал брата Альфонсо д'Афраона, монаха-францисканца, на должность инквизитора королевств Португалия и Альгарвия, но с оговоркою, что это распоряжение не должно причинить никакого ущерба правам тех монахов, которые были инквизиторами {Монтэйро. История португальской инквизиции. Ч. I. Кн. 2. Гл. 37.}.
IV. Город Перпиньян был резиденцией одной из провинциальных инквизиций королевства Арагона, юрисдикция которого распространялась на графства Руссильон и Сер-данью и на три Балеарских острова - Майорку, Минорку и Ивису. Бенедикт XIII (который был признан в этой части Испании) счел целесообразным внести реформу в это положение вещей. Он разделил эту провинцию, создал особую инквизицию для трех островов и назначил первым инквизитором Майорки брата Гильерме Сегарру, оставив во главе инквизиции Руссильона брата Бернара Паже {Парома. О происхождении святой инквизиции. Кн. 2. Гл. 8.}. Эти два инквизитора, которые были доминиканцами, справили несколько аутодафе, допустили к примирению с Церковью многих обвиняемых и предали довольно большое количество лиц в руки светской власти, которая приговорила их к сожжению {Диего. История ордена проповедников или доминиканцев в провинции Арагон. Кн. 1.}.
V. Избрание Констанцским собором Мартина V (происшедшее 11 ноября 1417 года) положило конец великой западной схизме. Португальские монахи должны были подчиниться власти провинциала Испанской провинции, которым тогда был монах их национальности, по имени брат Хуан де Сант-Юст. Но доминиканцы, бывшие на Констанц-ском соборе, убедили папу, что юрисдикция Сант-Юста слишком обширна; это побудило верховного первосвященника бреве от 5 февраля 1418 года определить, чтобы Испанская провинция была разделена на три
провинции. Первая из них, под названием провинции Испания, включала Кастилию, Толедо, Мурсию, Эстремадуру, Андалусию и Бискайю с Сантильянской Астурией. Вторая, провинция Сант-Яго, была составлена из королевств Леон, Галисия и Овиедской Астурии. Третья провинция, или Португалия, простиралась на ее королевство и на все земли, подчиненные законам ее государя {См. копию этого бреве у Монтэйро. Ч. Г. Кн. 2. Гл. 38.}.
VI. С этого времени португальские провинциалы стали главными инквизиторами королевства и имели право назначать особых инквизиторов в свои провинции, в силу бреве Иннокентия VI. Впрочем, по-видимому, они на
это получили особое разрешение, подобное тому, которое было направлено арагонским провинциалам, когда они отделялись от кастильской короны {Там же и гл. 39}.
VII. Король Арагона Альфонс V [252], видя, что Каталония, Руссильон и Майорка имеют провинциальные инквизиции, счел малопочетным для королевства Валенсии не иметь своей. Если таково было мнение о сущности инквизиции столь мудрого короля, каким был Альфонс, то что думать о происшедшей в умах революции? Мартин V, в удовлетворение желания этого государя, 27 марта 1420 года отправил буллу, которою предписывалось провинциалу Арагона учредить, в силу данных ему полномочий, провинциальную инквизицию в городе Валенсии, а не довольствоваться посылкой туда комиссаров, как это делали его предшественники и он сам.
VIII. Провинциал исполнил папское приказание и назначил первым инквизитором брата Андрея Роса, который начал свою деятельность преследованием нескольких мавров и евреев, пытавшихся совратить христиан. Преемником его был брат Доминго Корте в 1425 году, а после него брат Антонио из Кремоны, духовник королевы. В то время как эти три инквизитора стояли во главе инквизиции, они покарали множество жителей, принявших учение вальденсов. То же, по-видимому, произошло на острове Майорка во время управления брата Педро Мурта, который заступил место брата Бернара Паже {Монтэйро, История португальской инквизиции. Ч. I. Кн. 2. Гл. 30.}.
IX. В 1434 году в Мадриде умер знаменитый дон Энрико Арагонский, граф де Тинео, маркиз де Вильена. Так как его образованность ставила его выше современников, то он приобрел репутацию некроманта. Король Кастилии Хуан II (который не менее своих подданных был предубежден против маркиза де Вильены) приказал брату Лопе де Барриентосу, доминиканскому монаху, преподавателю его сына, принца Астурийского, разыскать книги маркиза и сжечь их, что в действительности и произошло, но не в такой полноте, чтобы некоторые из них, по признанию самого монаха комиссара, не ускользнули от проскрипции {См. заметки дона Висенте Ногары, сделанные на полях Истории Испании, соч. Марианы, изд. в Валенсии. Т. VII. Кн. 20. Гл. 6.}.
X. Писатели приводили этот факт, чтобы установить, что тогда не было еще в Кастилии инквизиции, и они полагали, что это дело было проведено епископом Куэнсы {Парома. О происхождении святой инквизиции. Кн. 2. Отд. II. Гл. 1.}. Это обстоятельство, вместо доказательства их мнения, совершенно ему противоречит: брат Лопе не был тогда еще епископом Куэнсы и стал им лишь гораздо позже. В 1438 году он был назначен на епископскую кафедру Сеговии; в 1442 году он перешел в Авилу, обменявшись местом с кардиналом домом Педро Сервантесом, и только в 1444 году по смерти дома Альваро д'Исориа" {Кольменарес. История Сеювии. Гл. 30; Хуан Мартир Риссо. История Куэнсы. Гл. 9.} он занял епархию Куэнсы. Итак, брат Лопе был лишь доминиканским монахом, когда король поручил ему разыскать книги Энрико Арагонского, и можно думать, что он был послан в качестве инквизитора провинциалом Кастилии или Испании. Может быть, в одном месте толкования на Паралипоменоны, составленного Альфонсом Тостадо, епископом Авилы, идет речь именно о брате Лопе и других
доминиканцах, когда он говорит: "В настоящее время между нами находятся инквизиторы, посланные для преследования ереси и старающиеся обнаружить виновных" {Л'Абуленсе. Т. VIII его сочинений. - Книги Паралипоменон. Гл. 17. Вопр. 14.}. Во всяком случае, это положение означает, что при жизни этого автора в Кастилии были инквизиторы.
XI. Инквизитором Арагона в 1441 году был брат Мигуэль Феррис, а инквизитором Валенсии брат Мартин Трильес. Мы знаем, что они, каждый в своей провинции, примирили с церковью некоторых сторонников заблуждения Виклефа и передали огромное количество их в руки светской власти, приказавшей сжечь их {Диего. История ордена проповедников или доминиканцев в провинции Арагон. Кн. 1; Фернандес. Проповеднические состязания. 1440.}.
XII. В 1442 году секта бегардов сделала некоторые успехи в Дуранго, в Бискайе, в епархии Калаоры. Обвиняли брата Альфонсо Мелью в том, что он перешел в эту секту и защищал ее; это был монах-францисканец, брат епископа Саморы, дом Хуана де Мелья, который был впоследствии кардиналом. Узнав об успехах, которыми пользовались еретики, король Кастилии Хуан II послал из Вальядолида в Бискайю Франсиско де Сориа и своего советника дома Хуана Альфонса Черино, аббата монастыря Королевская Алькала, чтобы удостовериться в положении вещей. Мелья, бывший главным вождем еретиков, бежал с несколькими женщинами в королевство Гранаду и окончил свои дни в нищете среди мавров. Из еретиков очень многие были арестованы; одни были сожжены в Вальядолиде, а другие в Сан-Доминго-де-Кальсада {Хроника дона Хуана II, под 1442 годом. Гл.6; Мариана. История Испании, с примечаниями в валенсийском издании. Т. VII. Кн. 21. Гл. 17.}.
XIII. Это событие заставило также предполагать, что в Кастилии в то время еще не было инквизиции; но мнение это необоснованно, потому что нам неизвестно, не был ли брат Франсиско де Сориа доминиканским инквизитором. Помимо того, что хроника Хуана II не сообщает никаких подробностей об этом событии, правдрподобно, что король, осведомившись о деле, поручил епископу Калаоры и Кальсады преследование еретиков как относящееся по праву к его юрисдикции. В результате этой судебной процедуры обвиняемые были отправлены в город Сан-Доминго, который был ближе к Дуранго, чем Калаора. Я отмечу, что, вероятно, из желания вознаградить рвение, показанное в этом деле епископом домом Диего де Суньигой, братом герцога Пласенсии, король назначил его архиепископом Толедо по смерти дома Хуана де Сересуэлы, единоутробного брата коннетабля дона Альваро де Луны. Дом Диего не занял епископской кафедры в Толедо, потому что он умер в 1444 году. Если бы, ввиду того, что не было никакого вопроса об инквизиторах, позволительно было из этого заключить, что их не было тогда в Кастилии, тогда следовало бы вывести отсюда и другое заключение, что епископ не вмешивался в это дело, что, конечно, неправдоподобно, потому что расследование этих дел ему принадлежало по праву и более специально, чем кому-либо другому.
XIV. В 1452 году брат Кристовал Гальвес был арагонским инквизитором; он продолжал исполнять свои обязанности до времен новой инквизиции. Так как Сикст IV был недоволен им, он должен был покинуть свой пост, как мы увидим это далее.
XV. Брат Мигуэль Юст стоял во главе инквизиции Валенсии. Историки ордена св. Доминика уверяют, что он очистил это королевство от яда ереси; между тем мы видим, что он имел преемника в лице брата Арнольдо Коиро, который в 1454 году примирил с церковью нескольких иудействующих еретиков {Монтэйро. История португальской инквизиции. Ч. I. Кн. 2. Гл. 32.}.
XVI. В 1460 году брат Альфонсо Эспина, францисканский монах, составил книгу, озаглавленную "Fortalicium fidei" (Укрепление веры), в которой находят самое положительное доказательство, что в его время в Кастильском
королевстве не было уполномоченных папой инквизиторов, потому что, обращаясь к королю Энрико IV, он жалуется на бедствия, испытываемые религией вследствие отсутствия защищающих ее инквизиторов, и прибавляет, что она подвергается оскорблениям со стороны евреев и еретиков, не имеющих никакого страха ни в отношении королей, ни священников.
XVII. Этот монах (которого воодушевляло самое горячее рвение ко всему, что было важно для религии) сам предлагал себя многим епископам для розыска и преследования еретиков от их имени, и его услуги были приняты в некоторых епархиях {Парома. О происхождении святой инквизиции. Кн. 2. Отд. II. Гл. 2.}. Историки ордена св. Доминика говорят, что немного спустя, при папе Павле II, брат Антонио Риччо, провинциал Кастильского королевства, был назначен инквизитором этой страны и исполнял эту должность в течение семи лет {Фернандес. Проповеднический состязания. 1460; Фонтана. Teatro Domm. c. 583. (Ссылка у Монтэйро. Ч. I. Кн. 2. Гл. 40).}.
XVIII. Наиболее достоверно, что, когда Педро из Осмы был преследуем за богословские заблуждения, допущенные им в своих сочинениях, его осудил архиепископ Толедо дом Альфонсо Каррильо, который запросил мнение пятидесяти двух богословов, собранных им в 1479 году в Алькала-де-Энаресе. В силу этого приговора Педро отрекся от всех заблуждений, замеченных в его книгах. Их было восемь; осуждение, произнесенное архиепископом, было подтверждено папой. В этом деле не видно, чтобы появлялся какой-либо инквизитор; {Агирре. Собрание испанских соборов. Т. V, под 1479 годом.} вероятно, его и не было. Заставляет это предполагать еще и то, что, когда папа в 1474 году поручил генералу доминиканцев назначить инквизиторов для всех областей, тот послал в Арагон брата Хуана Франко, в Каталонию брата Франсиско Видаля, в Валенсию брата Хаиме, на Майорку брата Николая Мерулу, духовника арагонского короля, в Руссильон брата Матиаса из Валенсии, в Барселону брата Хуана и в
Наваррское королевство (где царствовал тогда гонский король Хуан II) доминиканца, известного в истории также под именем брата Хуана; но не видно, чтобы кто-нибудь был назначен в Кастилию {Монтэйро. История португальской инквизиции. Ч. I. Кв. 2. Гл. 31.}.
XIX. Таково было состояние испанской инквизиции в 1474 году, когда Изабелла I, супруга Фердинанда V Арагонского, короля Сицилии, по смерти своего брата Энрико IV вступила на кастильский трон. Когда царствовавший в Арагонии Хуан II умер, сын его Фердинанд соединил в 1479 году эту корону с короной Сицилии; вскоре он присоединил к Кастилии королевство Гранада, отвоеванное им в 1492 году у мавров, и, наконец, отнятую у Жана д'Альбре Наварру, которая была обеспечена за ним вследствие капитуляции жителей. Таким образом своей дочери Хуанне он оставил во владение всю Испанию, за исключением Португалии.

@темы: Чтение для размышлений

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Записная книжка

главная